---
⭐⭐⭐ Единый реферат-центр

Главная » Зарубежная социология. Учебник » Социология Освальда Шпенглера




Социология Освальда Шпенглера

Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Найти рефераты и курсовые по данной теме Уникализировать текст 



Известный немецкий философ Освальд Шпенглер родился 29 мая 1880 г. в местечке Бланкенбург. В 1886-м семья почтового служащего Бернхарда Шпенглера переезжает в Соэтс, а в 1891-й - в Галле. В гимназии Освальд, как тогда было принято, изучает древние языки и уже в шестнадцать лет знакомится с работами Артура Шопенгауэра и Фридриха Ницше. После выпускных экзаменов в 1899 г. Шпенглер поступает на факультет математики и естественных наук университета Галле и в 1904 г. со второй попытки защищает диссертацию о Гераклите. По настоянию матери он работает учителем вначале в Саабрюкене, затем в Дюссельдорфе и после соответствующего экзамена получает в 1908 г. постоянное место учителя математики в Гамбурге. После смерти матери в 1910 г. он получает небольшое наследство и решает полностью посвятить себя литературному труду, для чего переезжает в 1911 г. в Мюнхен, где и остается до конца своей жизни - до 7 мая 1936 г.
Макс Вебер свысока относился к идеям Освальда Шпенглера. Имели место их публичные дискуссии и частные беседы. Однако они обнаружили мало общих идей, поэтому их контакты остались незначительными. На одной из встреч на семинаре в Мюнхене в 1920 г. Веберу удалось подвергнуть критике основные положения шпенглеровской концепции. Хотя он в целом высоко оценил инновационные идеи Шпенглера, однако называл его «поэтом». В своем выступлении «Политика как профессия» Макс Вебер заочно спорит со Шпенглером, не называя его имя. Он скептически оценивает попытки некоторых авторов играть роль пророков. Нет ссылок на работы Вебера и у Шпенглера. Общим моментом обоих авторов является установка на то, что отдельная личность практически не может ни повлиять на ход истории, ни понять и изменить судьбу народа. Это. своего рода, исторический агностицизм, который делает абсурдной всякую попытку найти в истории какой-то смысл. Важным отличием Шпенглера от Вебера было отношение к бюрократическому государству. Если Шпенглер выступал идеологом бюрократической модели государства, то Вебер больше обращал внимание на недостатки бюрократии и пытался их всячески разоблачать. По мнению Вебера, бюрократизированное общество теряет обязательное чувство ответственности, поэтому каждый гражданин должен иметь это чувство. Политические воззрения Макса Вебера и Освальда Шпенглера во многом схожи .
Шпенглеровское деление на периоды культуры и цивилизации восходит к работе Фердинанда Тенниса «Общинность и общество» (1887), где тот писал: «Общинность -это длительное и истинное совместное существование, общество - временное и кажущееся. Общинность - живой организм, общество - механический агрегат...» У Шпенглера мы находим, что культура - это «вырастающий из ландшафта организм», а цивилизация - «появившийся вследствие окоченения механизм» . У Тенниса ясно сформулирована и идея разложения общества, нашедшая свое развитие в трудах Шпенглера . Теннис писал: «Классовая борьба губит общество и государство... в результате культура приходит к своему концу» . В данной ситуации, по мнению Тенниса, государство должно «уничтожить общество» .
Идея избранности немецкого народа, его духовного превосходства, была близка многим консервативным революционерам, к числу которых можно отнести и известного социолога Вернера Зомбарта. «Самая лучезарная особенность нашего мышления, - пишет Зомбарт, - состоит в том, что мы уже на этой грешной земле воссоединяемся с Божественным... Мы - божий народ. Как немецкая птица - орел -летит выше всякой твари земной, так и немец вправе чувствовать себя превыше всех окружающих его народов». Героический характер немецкого народа, важность его исторической миссии, давали, по мнению Зомбарта, немецким политикам право встать выше существующих этических и правовых норм и навязать миру «новый порядок».
Здесь немецкий национализм переходит в шовинизм, когда отдельная нация ставится над всеми другими . Опираясь на идейное наследие Ницше, Вернер Зомбарт, как и Освальд
Шпенглер, выступает апологетом войны. Он оправдывает фанатизм, как решимость к действию, и варварство, как примитивную силу молодых народов.
Анализ Шпенглером эволюции «высоких культур» во многом совпадает со схемой, предложенной в свое время Платоном. Идеальной формой государства Шпенглер, как и Платон, считает аристократическую монархию. Большое сходство между двумя мыслителями имеется и в характеристике ими периодов политического правления, следующих за аристократической монархией. У Платона - это тимократия, олигархия, демократия и тирания. У Шпенглера им соответствуют наполеонизм, капитализм, демократия и цезаризм. Как и у Платона, у Шпенглера центральную роль в государстве играют два сословия: «философам» и «стражам» Платона соответствуют у Шпенглера духовенство и дворянство. В отличие от Платона, у Шпенглера основную роль в государстве играет не духовенство (философы), а дворянство (стражи). Как и Платон, Шпенглер абсолютизирует роль этих двух сословий не только в развитии государства, но и в развитии культуры. Как только они сходят с исторической арены, уступая место буржуазии, культура входит в полосу кризиса, которая заканчивается крушением национального государства и переходом к цивилизации.
Исследование политической сферы Шпенглер ведет с точки зрения противостояния культуры и цивилизации; при этом политическое устройство культуры аристократично, а цивилизации - демократично. Культура тесно связана с сословным порядком, а цивилизация - с его разложением. К. Бергманн называет концепцию Шпенглера «социально-биологическим пессимизмом роста городов», а ее предшественником считает Вильгельма Риля. В отличие от «бесплодного человека цивилизации», крестьянин у Шпенглера несколько идеализируется. Наступление эпохи цивилизации и рост больших городов приводят к тому, что деревня приходит в упадок, в результате чего гибнет, в конечном счете, и сам город.
В городе получает развитие новый тип человека - «интеллектуальный кочевник». Безусловное господство города над деревней приводит к тому, что люди стремятся поселиться в городах, и городское население значительно превышает сельское: «Там, где цивилизация движется к полному расцвету - т.е. сегодня, - высится чудо мировой столицы, этот великий каменный символ всего бесформенного, чудовищного, великолепного, надменно распространяющегося вдаль. Оно всасывает в себя потоки существования бессильной деревни... Дух и деньги празднуют здесь свою величайшую и последнюю победу»". Шпенглер повествует о тяжелых последствиях господства «мировых городов», подавляющих провинцию, учреждающих культ денег и пренебрежение к традиции.
В период цивилизации, по мнению Шпенглера, начинает цениться голая сила, а идеалы и теории уходят на второй план. Даже старые идеалы свободы и демократии теряют свою привлекательность. Многие люди начинают избегать участия в политике и занимаются только своими частными делами, что позволяет отдельным личностям формировать политику целых государств в соответствии со своими семейными интересами. Политики же становятся все более расчетливыми и практичными.
Для анализа политических процессов периода цивилизации, Шпенглер использует понятие «цезаризма», которому он дает следующее определение: «Цезаризмом я называю такой способ управления, который, несмотря на все государственно-правовые формулировки, вновь совершенно бесформен по своему внутреннему существу... Дух всех этих форм умер. И потому все учреждения, с какой бы тщательностью ни поддерживались они в правильном состоянии, начиная с этого момента не имеют ни смысла, ни веса. Значима лишь всецело персональная власть...» . В истории европейской культуры цезаризм начинается в XX веке, «Чем глубже мы вступаем в эпоху цезаризма фаустовского мира, тем становится яснее, кто нравственно определен стать субъектом, а кто - объектом исторических событий. Печальное шествие улучшателей мира, которое, начиная с Руссо, неуклюже проходит через эти столетия закончилось, оставив после себя в качестве единственного памятника своего существования горы печатной бумаги. На их место приходят цезари. Большая политика как искусство возможного, далекое от всех систем и теорий, как умение знающе использовать факты, управлять миром...» Для того чтобы увидеть, насколько Шпенглер опирался на Платона в таком понимании цезаризма, вспомним некоторые идеи платоновской философии. Согласно Платону, демократия как анархическая власть массы сменяется тиранией-властью преступников, властью людей, движимых самыми низменными страстями. Греческий философ подробно описывает обстоятельства господства тиранов. Основная масса населения в своем стремлении к свободе отучается подчиняться властям и государству. Законы перестают соблюдаться. Каждый живет лишь своими частными интересами. Эти последствия демократического правления позволяют наиболее циничным демагогам захватить власть в государстве. Постоянно находясь под властью низменных вожделений, они начинают беззастенчиво грабить и убивать, используя иностранцев в качестве охраны. В результате такой политики тираны не только уничтожают всех благородных, богатых и образованных граждан, но и само существование государства делают бессмысленным, ибо большинство граждан становятся жертвами произвола и лишаются основ их существования - чести, собственности и жизни. В конце концов тираны начинают вести кровопролитные войны между собой, что приводит государства к их полному краху.
Как и у Платона, у Шпенглера в политике эпохи цезаризма преобладают семейные интересы правителей. Люди замыкаются в себе, что позволяет тем, кто встал на путь вооруженного насилия, безнаказанно грабить и убивать. Все это означает для Шпенглера не что иное, как конец истории, возврат к внеисторическому бытию, к первобытной природе. Этому состоянию общества Шпенглер дает следующую характеристику: «Человек снова делается растением, прикрепленным к своей полоске... На первый план выходят вневременная деревня, вечный крестьянин, зачинающий детей и бросающий зерно в мать-землю, - прилежное, самодостаточное копошение» . Давая такое описание эпохи цезаризма, Шпенглер имел перед глазами эпоху разложения Римской империи. Именно тогда появились в политике такие фигуры, как Юлий Цезарь, которые, опираясь на силу своих войск, вели войны для сбора огромных богатств. На фоне могущества Рима все другие политические образования потеряли свое значение и превратились в огромные провинции, политический порядок в которых поддерживался исключительно грубой силой пребывающих там римских войск.
В эпоху цезаризма на политику все больше начинает влиять городская масса, или так называемое «четвертое сословие». Эта масса состоит из отбросов всех слоев, из неудачников и авантюристов, которые не хотят, или не могут, организовать свою жизнь, как все нормальные люди. Они ищут альтернативные формы жизни и готовы паразитировать на теле общества. Эта городская масса становится решающей во всякого рода бунтах, грабежах, в других преступлениях. Она способна полностью парализовать общественную жизнь. Описание Шпенглером городской массы во многом совпадаете платоновским описанием «трутней», которые паразитируют на теле общества и приводят его, в конечном счете, к гибели. Для Шпенглера масса - это «нечто абсолютно бесформенное, с ненавистью преследующее любого рода форму, все различия в ранге, всякое упорядоченное владение, упорядоченное знание... Масса -это конец, радикальное ничто». Масса - это «кочевники мировых столиц», полностью утратившие свои корни. Она не признает свое прошлое и не обладает будущим. Эта масса путем перманентных революций снижает уровень культуры до этнографического, что означает конец истории «высокой культуры».
Для обозначения массы Шпенглер использует различные термины", но роль ее в развитии «высокой культуры» однозначно негативная. Целью массы является разрушение культуры и возвращение общества в хаос внеисторического, биологического, существования. Неслучайно приход массы к власти в период цивилизации приводит к окончательному разрушению государственных и культурных форм: «В больших городах... собираются отряды населения, утратившего почву, находящегося вне каких-либо общественных связей. Они не ощущают свою принадлежность ни к какому бы то ни было сословию, ни к какому бы то ни было профессиональному классу; в глубине души даже к рабочему классу они не принадлежат, хотя оказываются вынужденными работать; по своему инстинкту сюда могут относиться члены всех сословий и классов: стронутые с земли крестьяне, литераторы, разорившиеся деловые люди, но прежде всего - сбившаяся с пути аристократия» . Эти слои, чуждые всякой истинной культуре, потрясают культурное здание до основания и объявляют войну всем остаткам культурного общества. Они принципиально отвергают зрелые формы культуры, ненавидят все духовные и культурные ценности.
Это люди с низменной моралью, которые злы на окружающее их общество. Шпенглер пишет: «Из любого общества постоянно падают вниз опустившиеся элементы: использованные семьи, павшие члены высших родов, неудачники, больные духовно и телесно, - они собираются. сидят в пивных, помогают при переездах, участвуют в драках. Они все, так или иначе, выродки; люди, у которых в теле отсутствует активная раса; а голова их наполнена требованиями своих прав и местью за свою неудачную жизнь; их главной частью тела является рот. Это дрожжи больших городов, собственно плебс, подземелье в любом смысле, которое организуется по принципу умышленного противостояния во всем большому и порядочному миру, объединяясь в ненависти к нему; здесь можно встретить представителей политической и литературной богемы, выродившихся дворян... несостоявшихся ученых, искателей приключений и спекулянтов, преступников и проституток, воров, сумасшедших вперемежку с несколькими грустными мечтателями о каких-нибудь абстрактных идеалах» . Всех их связывает неясное чувство мести, отсутствие чести и долга, а также не знающая преград жажда денег без работы и прав без обязанностей. Шпенглер противопоставляет этим людям качества культурного человека: «В гордости и спокойствии переносимая нищета, молчаливое выполнение обязанностей, отречение для службы задаче или убеждению, величие в несении судьбы, верность, честь, ответственность, деловитость - все это постоянно осуждается как «унижение и оскорбление»» .
Благодаря своей мобильности, масса городских низов использовалась финансовыми кругами для давления на правительство; но, заметив свою силу, она стала все настойчивее требовать для себя «хлеба и зрелищ». Несмотря на то что буржуазия и масса оказываются во время революции едины в своей борьбе со старыми порядками, «третье сословие» постоянно стремится отмежеваться от «четвертого». Являясь движущей силой всевозможных революций и беспорядков, городская масса способна активно вмешиваться в ход политических событий, - и не только во время выборов, но и путем проведения демонстраций и всякого рода провокаций. Правительство, чтобы хоть как-то угодить этой толпе, вынуждено тратить большие средства на бесплатные раздачи и на индустрию развлечений. Находимые для этого огромные финансовые средства берутся за счет безжалостной эксплуатации слабых, в военном отношении, стран. Империализм становится нормой международных отношений.
Если для культуры, по Шпенглеру, характерна интенсивная внутренняя работа духа, то для цивилизации типичной является внешняя экспансивная деятельность, которая в политической сфере проявляется во всевозможных формах империализма. «Империализм, - пишет Шпенглер, -это чистая цивилизация. В его проявлении лежит неотвратимая судьба Запада. Энергия культурного человека устремлена вовнутрь, энергия цивилизованного - на внешнее. Поэтому в Сесиле Родсе я вижу первого человека новой эпохи... Он являет собой политический стиль дальнейшего западного, германского, в особенности немецкого, будущего. Его слова "Расширение - это все" содержат в своей наполеоновской формулировке подлинную тенденцию всякой созревшей цивилизации». Шпенглер восхищается и прославляет не только Сесиля Родса, но и сам дух империализма, жаждущий власти над всем миром.
Предвестниками эпохи цезаризма Шпенглер считал таких политических деятелей, как Ленин, Муссолини, Гитлер. Особенностью политических партий, которые они возглавляли, является то, что задачей партии является поддержка своего лидера любыми средствами для захвата власти и дальнейшего использования ее в частных интересах. Шпенглер упорно не хотел признавать Гитлера в качестве нового немецкого Цезаря , ибо представлял его себе, как фигуру более величественную, чем Гитлер".
Перманентная революционная ситуация в Европе будет, по мнению Шпенглера, продолжаться до полной победы цезаризма, когда власть в государствах станет принадлежать частным лицам и их свитам. В последних своих работах он часто говорит о грядущем правлении сильных личностей: современных ему цезарей, которые покончат с либеральной демократией. Он изображает тип цезаря как индивидуалистичный, авторитарный, циничный, ориентированный на применение насилия; прежде всего - по отношению к своим приверженцам. Особую роль при этом должны сыграть моральные принципы служения, которые Шпенглер связывает с пруссачеством.
Роль Шпенглера - как одного из ведущих представителей консервативных революционеров - особенно заметна, если рассмотреть его работу «Пруссачество и социализм» (1920), которая не только находится полностью в русле идей консервативных революционеров, но и сама является важным теоретическим вкладом в развитие этого направления в послереволюционной Германии. Шпенглер указывает, что именно эта его работа является основополагающей для всей его политической социологии, которая сформировалась под впечатлением событий развернувшейся на его глазах революции 1918 г. По мнению Шпенглера, именно «с этой книги берет свое начало национальное движение».
Основной идеей работы «Пруссачество и социализм» явилось для Шпенглера противопоставление немецкого и английского варианта империализма. Эта идея является сквозной для всех консервативных революционеров, которые видели Первую мировую войну, прежде всего, как борьбу Англии и Германии за мировое господство. После победы на Францией Германия фактически становится гегемоном на европейском континенте, однако огромное влияние Англии в колониальных странах явилось препятствием для все более расширяющихся империалистических планов Германии. Консервативные революционеры выступают за признание Германии как мировой державы. Этому высокому статусу не соответствовали те унизительные условия, которые были сформулированы в Версальском миром договоре. Необходимо отметить тот факт, что эта точка зрения нашла широкий отклик во всех слоях тогдашнего общества Германии и породила целый спектр политических движений, выступавших под националистическими лозунгами.
То, что Германия после поражения в войне стала либерально-демократической страной, является, по мнению консервативных революционеров, результатом интриг Англии. Сами англичане привыкли к яду либерализма, так как не воспринимают его всерьез. В Германии же в эти идеалы верят вполне, поэтому они так опасны. Либерализм является исключительно английской формой, которая пагубна не только для немцев, но и для всех других народов. Мёллер называл либерализм «моральным недугом народа». Леонид Люкс отмечает: «Что касается консервативных революционеров, то их отношение к собственному государству было непримиримым. Заимствованный у Запада либерализм был объявлен врагом немцев, - да и для всего человечества». Альтернативой либеральному, по мнению консервативных революционеров, является общество, облагороженное военным энтузиазмом, какой был в 1914 г., когда немцы, охваченные единым благородным порывом, забыли все свои раздоры. Только обращение к военным доблестям, так свойственное немцам, по мнению консервативных революционеров, способно привести общество в порядок. Эрнст Юнгер считал, что «немец в гражданской одежде выглядит смехотворно. Существует только одна масса, которая tie вызывает смеха, - это армия» .
Особенность островного существования Англии привела, по мнению Шпенглера, к тому, что буржуазия здесь относительно рано пришла к власти, унаследовав сложившиеся традиционные государственные формы. В Англии буржуазия заимствовала аристократические формы правления и впервые использовала современные формы политической борьбы, - такие, как подкуп государственных чиновников, организация с помощью денег выборов, проведение массовых кампаний в прессе. С точки зрения немецких националистов, Англия является источником зла: либерализма, торгашества и хитрости. Немцы предлагают вести открытую борьбу на поле боя и поэтому представляют себя героями. Англичане пытаются достичь свои цели окольными путями: с помощью денег и тайной политики. Шпенглер развил эту мысль через противопоставление таких широко распространенных понятий, как капитализм и социализм; причем капитализм ассоциировался у него с Англией, а социализм, понимаемый им как прусский идеал власти, - с Германией.
Пытаясь взглянуть на понятия капитализма и социализма по-новому, Шпенглер утверждает, что эти два вида современного империализма уходят своими корнями глубоко в саму идею собственности", которая лежит в основании любой политики. Собственность, владение может выступать в качестве власти или в качестве добычи. Шпенглер пишет: «Из ощущения власти происходят завоевания, политика и право, из ощущения добычи - торговля, экономика и деньги. Право - собственность имеющего власть... Деньги - сильнейшее оружие приобретателя. С его помощью он покоряет мир. Экономике желательно государство, которое было бы слабым и служило бы ей; политика требует включения экономической жизни в сферу власти государства: Адам Смит и Фридрих Лист, капитализм и социализм. В начале всех культур имеется военная и купеческая знать, далее - земельная и денежная знать, и в результате -военное и экономическое ведение войны и беспрерывная борьба денег с правом». Таким образом, Шпенглер увязывает с понятием собственности многие категории политики. Он указывает на единство политики и экономики, понимая их, как две стороны одной медали.
Исторические истоки капитализма и социализма Шпенглер видит, соответственно, у викингов и у рыцарских орденов. От последних идет так называемый «прусский стиль», который означает уважение к рангу, восприятие жизни как службы, стремление к самовыражению в своем труде, подчинение личной воли общим обязанностям . Этому стилю противостоит идущее от викингов английское стремление к успеху, богатству, конкурентная борьба за свои личные интересы, индивидуальная свобода и инициатива. В силу этого англичанам ближе демократические ценности, а немцам - ценности социального государства и подчинение интересов личности интересам государства.
Как и другие консервативные революционеры, Шпенглер не призывал к реставрации старых порядков, а предлагал так изменить государственное устройство Германии, чтобы она способна была бороться за мировое господство. Пруссия для Шпенглера выступает как прообраз будущего государственного устройства, прежде всего, потому, что для него «государство будущего - это чиновничье государство». «Пруссия, - пишет Шпенглер, - была настоящим государством в самом глубоком смысле этого слова. Тут, строго говоря, вовсе не существовало частных лиц. Каждый, живший в этом организме, функционировавшем с точностью хорошей машины, принадлежал к нему как его член. Управление было службой, а ответственный политик был чиновником, слугой целого». Государственное устройство Пруссии является, для Шпенглера, идеалом социалистического общественного устройства.
Как англичане придумали либерализм, а французы -демократию, так немцы, по мнению Шпенглера, являются создателями «истинного социализма», в основе которого лежит так называемый «прусский инстинкт». «Немецкий, точнее прусский, инстинкт таков: власть принадлежит целому. Отдельное лицо служит ему. Целое суверенно. Всякий занимает свое место. Ему приказывают, и он подчиняется. Таков с XVIII века авторитарный социализм, -нелиберальный, антидемократический по своей сущности, поскольку речь идет об английском либерализме и французской демократии» . Шпенглер понимает социализм как «систему воли к власти», имеющую империалистическую цель: «свободу действия вопреки сопротивлению собственности, рождения и традиции» .
Считая Англию родимой рабочего движения, Шпенглер полагал, что в Англии господствует тип торговца, который мыслит деньгами. Этот тип развился в двух направлениях. С одной стороны, - это биржевые спекулянты, которые, основываясь на фиктивном капитале стараются подчинить себе предприятия; с другой стороны, - это рабочие, которые через свои профсоюзные организации и партии оказывают на руководство предприятий давление снизу; главным образом - через требование повышения зарплаты. Как рыночный капитализм, так и рабочий социализм являются двумя сторонами одной и той же английской модели, которая стремится разрушить европейскую промышленность.
Только немцы - со своими расовыми качествами и «прусским инстинктом» - способны противостоять английскому либерализму и французской демократии, которая является легализованной анархией. «Прусский стиль» - это служение государственному долгу, доходящее до самопожертвования. Шпенглер высказывается за вмешательство государства в экономику и за превращение всех рабочих в государственных служащих, за борьбу против плутократической демократии и ее парламентаризма.
Общество в любой «высокой культуре», по мнению Шпенглера, при переходе к цивилизации начинает делиться на две части. Одни стремятся разрушить выработанные веками культурные формы, а другие - сохранить их. Так появляются два лагеря: либеральный и консервативный, - которые ведут между собой непримиримую борьбу. «Необходимо вновь и вновь констатировать, - пишет Шпенглер, - что общество, в котором сейчас происходит переход от культуры к цивилизации, является больным в своих инстинктах, а поэтому и в своем духе. Оно не защищает себя. Оно смакует издевательство над собой и свое разложение. Начиная с середины XVIII века оно распадается на два лагеря: либеральный и - противостоящий ему, неуверенно защищающийся - консервативный».
В консервативный лагерь входят, по Шпенглеру, небольшое количество людей, которые на основе уверенного инстинкта правильно видят политическую действительность, пытаются предотвратить падение. Представителями этого лагеря являются Берк и Дизраэли в Англии, Гегель и Бисмарк в Германии, Токвиль во Франции". «Они пытались защитить, - пишет Шпенглер, - силы старой культуры: государство, монархию, армию, сословное сознание, собственность, крестьянство. Это вызвало возражения, и они были заклеймены как "реакционеры" - словом, которое придумали либералы».
Консерваторам противостоят либералы, которым Шпенглер дает такую характеристику: «В либеральный лагерь входят все, кто имеет городскую интеллигентность, или, по крайней мере, восхищается ею... Здесь журнализм превозносится до господствующего выражения времени. Это критический разум XVIII века, разбавленный и упрощенный для потребления духовными посредственностями. Нельзя забывать, что греческое слово krinein означает "рвать", "разбирать", "разлагать". Драма, лирика, философия, даже естественные науки и историография, становятся статьями и фельетонами, с явной тенденцией против всего, что консервативно... Партии становятся либеральной заменой сословий и государства. Революция в форме периодической массовой предвыборной борьбы всеми средствами денег и "духа", даже насилие... становятся конституционными. Управление - как смысл и задача государственного существования - подвергается нападкам: над ним издеваются и опускают до уровня партийных сделок».
Истоки либерализма Шпенглер видит в исступленном стремлении к свободе, которое является признаком разложения органически сложившегося общества. По Платону стремление к свободе является основным признаком демократического правления. Оно способствует утрате привычки подчиняться властям и падению авторитета государства. В результате расчищается почва для тиранического правления. Люди, отказавшись подчиняться законным правителям, попадают под власть преступников". По мнению Шпенглера, либеральная идея зародилась в Европе вместе с философией Просвещения и прошла в своей эволюции несколько стадий, преследуя, однако, всегда одну и ту же цель: мировую революцию. «Активный либерализм начинается якобинством и заканчивается большевизмом, - пишет Шпенглер. - Это ранняя и поздняя форма, начало и конец одного единого движения» .
Идею свободы, по мнению Шпенглера, специально распространяли так называемые «профессиональные демагоги»: особая группа людей, стремящаяся разрушить здание европейской культуры. Путем методической агитации они стремились вызвать у крестьян, а затем у и рабочих, недовольство своим положением, чтобы спровоцировать их на революционные выступления, в результате которых старые, органически сложившиеся политические формы были утрачены, а вместе с ними - и старая культура. Шпенглер критикует и либерализм, и коммунизм, которые для него являются началом и концом идеологии мировой революции: один является идеологией буржуазии, другой - низших классов общества; но оба имеют общую цель для борьбы с остатками сословного общества и прежней культуры.
Шпенглер выступает против либерального тезиса о первенстве экономики над политикой. Для него такая установка является только признаком слабости современной политики. Когда не стало в Европе крупных государственных деятелей, на первый план выступили руководители промышленности и бизнеса; но не потому, что они лучше политиков, а потому, что некем их больше заменить. Усиленное внимание к экономике в ущерб политике является следствием старения европейских народов, которые хотят устроить свою жизнь как можно спокойнее и комфортабельнее, о чем косвенно свидетельствует и распространение пацифизма.
Шпенглер считает, что господство экономических интересов, экономики над политикой, является предпосылкой для различных кризисов. Причиной современных экономических трудностей является процесс падения авторитета государства. Но мнению Шпенглера, чем крепче государство, тем лучшие условия существуют и для ведения экономической деятельности; и наоборот: ослабление государства приводит всегда и к краху экономики.
Понятия либерального и консервативного Шпенглер углубляет дальше через дихотомию «левое»-«правое». Он пишет: «"Левое" означает партию, кто верит в партию, ибо она является либеральной формой борьбы против высшего общества, формой классовой борьбы с 1770 года. Левое -это тоска по большинству, по маршированию со "всеми", количество вместо качества, толпа вместо господ... Левое - это то, что имеет программу, ибо она является интеллектуальной, рационально-романтической верой, заменяющей действительность абстракциями. Левое - это шумная агитация на улицах и собраниях народа, искусство опрокинуть городскую массу сильными словами... Левое -это восхищение массами как основой собственной власти, воля уравнять превосходное, приравнять народ и ручную работу, с ненавистью косясь на крестьянство и буржуазию».
«Правым» для Шпенглера является все консервативное и аристократическое, противостоящее либеральным тенденциям. «Правое» он связывает с наличием расы, что означает сохранение первоначальных инстинктов, и с так называемым «прусским стилем»^, то есть с моральным кодексом самопожертвования ради государства. Примирение между «правыми» и «левыми» невозможно. Все, кто стремится занять промежуточную позицию, обречены на неуспех, ибо воля к середине является «старческим желанием покоя любой ценой» . Невозможно, по мнению Шпенглера, достичь единства даже внутри одной партии. Рано или поздно любая партия придет к расколу, ибо «партия не только является устаревшей формой, но она еще основывается на устаревшей массовой идеологии» . При этом Шпенглер пытается занять позицию вне партийной политики, критикуя как либеральные партии, так и консервативные. Недостаток консервативных партий Шпенглер видит в том, что они копируют либеральные партии, прибегают к их средствам и методам. Консервативная партия противопоставляет себя либеральной партии и прибегает к крайним методам, что вызывает опустошение во внутренней политике государств, делает их беззащитными перед лицом внешнего врага.
Особенностью консервативного понимания государства у Шпенглера является морфологический подход, как и стремление рассматривать государство в исторической динамике. Государство, для Шпенглера, является естественной формой исторического существования народа, - такой, как для отдельного рода является семья. Народ и род выступают, у Шпенглера, «единицами» в истории, причем род - это наименьшая, а народ - наибольшая единица в потоке истории. Шпенглер утверждает, что род - это историческое поприще женщины, а народ - мужчины; то есть для женщины основной сферой деятельности выступает семья, а для мужчины - государство. «Женщина - это всемирная история. Через зачатие и рождение она печется о длительности крови. Мать с ребенком, прижатым к груди, является величайшим символом космической жизни...
Однако мужчина творит историю, которая является никогда не прекращающейся борьбой за поддержание той, другой, жизни. К материнскому попечению присоединяется еще и отцовское. Мужчина с оружием в руках - это другой великий символ воли к длительности... Государство - мужское дело; это значит печься о сохранении целого и о том душевном самосохранении, которое обыкновенно обозначают как честь и самоуважение, предотвращать нападения, предвидеть опасности» . Главным условием существования государства, по Шпенглеру, является обладание им как определенной формой: «Народ находится в "форме" как государство, род - как семья»". Задача любого государства -всегда быть «в форме», что может осуществляться лишь в виде «муштры». При этом важную роль играет дворянство. Если духовенство целиком поглощено познанием абстрактных истин, то дворянство способно выполнять свои функции, лишь постоянно воюя и получая при этом необходимую муштровку.
В основе любого государства, по мнению Шпенглера, лежит войско, поэтому государство для него лишь тогда «в форме», когда его армия «в форме», когда она находится в состоянии боевой готовности. Дипломатия как ведение войны духовными методами для Шпенглера также является временной заменой ВОЙНЫ . Шпенглер считал военную стихию истинно политической сферой деятельности. Он смотрит на войну как на естественное, историческое занятие; а народы, не способные вести войну, он считает слабыми , недостойными существования . Поскольку сущность политики Шпенглер видит в войне, то для него укрепление государства означает, прежде всего, укрепление армии и дипломатического корпуса.
Всякое сословие, которое приходит к власти в государстве, использует эту власть, как правило, для себя, для своих корпоративных целей, и только дворянство способно заботиться обо всех сословиях. Каждое сословие вырабатывает свой идеал государства, однако эти идеалы часто бывают утопичны, ибо в реальном мире нет «построенных в соответствии с идеалами государств, но лишь государства, органически произросшие, являющиеся не чем иным, как живыми народами, находящимися "в форме"».
Согласно Шпенглеру, самым важным в государстве является организация работы правительства, а не распределение политиче



Лекция, реферат. Социология Освальда Шпенглера - понятие и виды. Классификация, сущность и особенности.



« назад Оглавление вперед »
Социология Вернера Зомбарта « | » Социология Карла Шмитта






 

Похожие работы:

Воспользоваться поиском

 

Учебники по данной дисциплине

Социология
История социологии в России. Учебник
Шпаргалка по социологии
Социология. Курс лекций 2
Социология. Курс лекций 3
Демография
Человек и общество