-
Пройти Антиплагиат ©



Главная » История отечественной экономической мысли » Недостатки политэкономии СССР, обусловившие развал страны



Недостатки политэкономии СССР, обусловившие развал страны

Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Уникализировать текст 



С большой долей уверенности можно признать, что политическая экономия СССР как наука, изучающая экономические отношения, законы функционирования общественного производства, распределения, обмена и потребления материальных благ, оказалась в первой стране социализма несостоятельной. И вот какие претензии в этой связи можно предъявить прежде всего к официозной политэкономии, которая опосредованно могла влиять (и влияла) на основные решения руководства страны, касающиеся ее экономического развития.
Прежде всего, советские экономисты из-за легковесного подхода к изучению социалистической экономики просто-напросто «не увидели» — не сумели выявить — действующих объективных экономических законов. Признавали в качестве законов, по сути дела, декларированные принципы социалистического хозяйствования (например, принцип максимального удовлетворения постоянно растущих потребностей членов социалистического общества), признаваемый как основной экономический закон социализма (ОЭЗ).
Экономика — сложный и живой организм, развивающийся по определенным, присущим этому организму законам. Поэтому надо воспринимать как аксиому, что любое внешнее целеполагание в экономическом развитии будет тогда естественным, а значит и успешным, когда оно является производным от уже достигнутого «образовательного» уровня экономики. То есть от уровня, обусловленного всем ходом предыдущего развития, позволяющего сделать в этом развитии новый шаг. Постановка очередной цели развития экономической системы (ЭС) — в нашем случае максимального удовлетворения потребностей — обязательно должна соотноситься с действием объективных экономических законов, которые потому и называются таковыми, что они в конце концов обязательно проявляются независимо от воли и желания субъекта. Иначе эти законы могут оставаться лишь благими пожеланиями, а в экономике будут набирать силы стихийные тенденции, которые вызываются к жизни стихийно проявляющимися отношениями — еще не до конца познанными (например, отношения в условиях дефицита), по существу противоречащими законам социалистической экономики (нарушение принципа оплаты по труду, наблюдаемое в ряде производств, вызвало снижение заинтересованности во внедрении прогрессивной технологии и т.д.).
Насколько точно планирование отражает содержание и особенности действия, признанного как основной экономический закон (ОЭЗ), в наибольшей степени зависит от степени обозначения особенностей проявления этого основного экономического закона и других законов социализма — мы бы сказали осознания технологии их проявления. Чем более развиты экономический и научно-технический потенциал страны, выше зрелость производственных отношений, тем больше возможности общества в решении его главной цели — наиболее полного удовлетворения потребностей общества. Представляется, что использование основного экономического закона социализма и действие закона возвышения потребностей при социализме требовало все больших усилий в деле определения народно-хозяйственных затрат, обусловливаемых структурой складывающихся действительных (разумных) потребностей.
Суть проблемы состоит в следующем. Закон стоимости при социализме не является основным регулятором экономики. Пропорции в развитии социалистического народного хозяйства должны были, как полагалось, определяться требованиями ОЭЗ и реализовываться посредством действия закона планомерного, пропорционального развития. По существу, в функционировании хозяйственного механизма в социалистическом хозяйстве должно было происходить регулирование потребностей (потребности выявляются, выявляются возможности их удовлетворения, разрабатываются балансы, осуществляется распределение ресурсов по различным направлениям и т.д.). Следовательно, и общественно необходимые затраты, и создаваемая ими стоимость должны были выступать как общественные, планомерно формируемые на народно-хозяйственном уровне.
В практике же хозяйствования СССР допускались отклонения в выявлении исходного пункта планирования — потребностей. Изучение личных разумных потребностей планомерно практически не велось. Много нареканий было на организацию изучения спроса. Нередко за производственные потребности принимались заявки предприятий на средства производства, рабочую силу, которые часто не соответствовали действительным, т.е. настоящим, разумным потребностям, причем обычно превышали их.
Удовлетворяя эти субъективные потребности, общество неизбежно отказывало в таковом другим производствам, так как в распоряжении у общества имеются лишь конечные запасы живого и овеществленного труда и их можно распределить либо рационально, в соответствии с действительными потребностями, либо же нарушить эти рациональные пропорции, фактически поощряя перерасход различных ресурсов. Более того, в этом случае невозможно было в полной мере заблаговременно использовать и закон стоимости.
Исходным пунктом в разумном планировании должны были быть:
1) действительные потребности — личные и общественные, предусматривающие минимально необходимый уровень потребления различных ресурсов на единицу конечной продукции;
2) устанавливаемые обществом ограничения по их удовлетворению на данном этапе развития.
Кроме проблемы использования действительных потребностей как средства управления, перед социалистическим обществом стояла еще задача их выявления и формирования, т.е. основной экономический закон требует управления не только производством, но и потреблением. Необходимо было привести отдельные потребности в соответствие с общими тенденциями их приближения к действительным потребностям. «Потребитель не более свободен, чем производитель. Его мнение основывается на его средствах и потребностях. И те и другие определяются его общественным положением, которое зависит, в свою очередь, от организации общества в целом». Эта глубокая мысль К. Маркса нашими экономистами была не замечена.
Мероприятия, направленные на формирование действительных потребностей, можно подразделить на экономические (развитие производства определенных видов товаров, ценообразование, рост денежных доходов населения, сглаживание их дифференциации, развитие общественных фондов потребления), социальные (повышение культурного уровня населения, эстетическое воспитание, развитие информации, реклама) и административные (запрет и ограничение продажи некоторых товаров и т.д.). Добавим, что формирование действительных потребностей, отказ от иррациональных — неразумных потребностей само по себе способствует развитию личности.
И модель управления развитием народного хозяйства в первом приближении с учетом сказанного должна была отдавать приоритет именно потребителю, а не производству (не потребности приспосабливаются к возможностям производства, а наоборот, их структура и уровень определяют перспективы развития производства). Это надо было бы сделать в СССР, но сделано не было.
Вторым упущением политэкономии СССР было то, что вся экономика СССР — с подачи элиты политэкономии страны была повернута с точностью до наоборот — от возможностей производства. С первых десятилетий советской власти в качестве главного критерия оценки работы предприятий страны под красивые слова о максимальном удовлетворении потребностей людей был принят объем произведенной промышленной и строительной продукции в рублях или просто вал.
Все другие показатели поставили в СССР в зависимости от вала: производительность труда, фонд заработной платы и материального стимулирования.
Вал стал главным директивным показателем для измерения темпов роста объема производства, производительности труда и оценки работы производственных коллективов. При этом было осознание того, что, используя валовой показатель, «мы удаляемся от действительного стоимостного объема производства, именно преувеличиваем его» (БСЭ. Т. VII). Это увеличение идет от повторного счета, когда продукция, будучи учтена в одних хозяйствах, повторно учитывается в продукции других хозяйств, куда она поступает в порядке дальнейшей обработки. И как же на это реагировали ученые от политэкономии? Вот что сказал об этом заведующий сектором политэкономии ИЭ АН СССР Я. Кронрод: «Существующий в практике учета и планирования показатель валовой продукции в принципе отвечает (?) теоретически определенному содержанию продукции отрасли как элементу совокупного общественного продукта. Следовательно, суммирование в совокупном общественном продукте многократно повторяющейся стоимости средств производства полностью отвечает объективному процессу образования стоимости». И в другом труде признается, что «теоретически это правомерно, ибо стоимостный метод по существу основан на натуральном методе, так как объем продукции исчисляется в сравнимых неизменных ценах. Стоимостный метод дает возможность исчислять показатель производительности труда, учитывающий разнородную продукцию...»
Лучшего благословения валу придумать было нельзя. Культ вала от года к году только возрастал. Дорого — значит выгодно — это заставляло любым путем увеличивать материальные затраты на единицу продукции (удельные расходы), по которым СССР стал впереди планеты всей. И так все 50-, 60-, 70- и 80-е гг.
Вся элита политических экономистов СССР во главе с Е.И. Капустиным и Л.И. Абалкиным благословила вал в управлении экономикой СССР в трехтомном труде «Экономический строй социализма». Вот что еще написано в этом капитальном произведении элиты политэкономистов: «Повторный счет явился первопричиной поисков различных форм производственных результатов, свободных от указанного недостатка... В советской экономической литературе вопрос о конечном продукте был поставлен еще в 20-е годы экономистами-статистиками, пытавшимися определить действительный объем производства без повторного счета... Однако действительное различие совокупного и конечного общественных продуктов, как результатов производства, состоит не в иллюзорном (?) многократном учете продуктов при использовании тех или иных показателей, а в различии представленных ими подходов к рассмотрению результатов общественного производства».
Вместе с Д.В. Валовым, который всю сознательную жизнь боролся с этим «испорченным компасом» — валом, мы задаемся вопросами: разве авторы не знали, что многократный повтор дает дутые темпы роста производства и повышения производительности труда? Разве они не знали, что за этот дутый объем вала выплачивали десятки миллиардов незаработанной платы?
Конечно, не могли не знать. Ведь по расчетам академика В. Глушкова, урон от вала превысил (!) материальные потери всей страны от Великой Отечественной войны. Вот цена некомпетенции экономической элиты СССР.
Это от вала пошли в ход другие затратные показатели. Взять, к примеру, утверждаемый показатель нормы материальных затрат на единицу произведенной продукции. Предлагаем читателю самому догадаться, не читая далее текст, какое определение нормы смогли выдумать наши «мудрые» экономисты. Если составили свое представление, просим прочитать определение нормы: «норма затрат материальных ресурсов на единицу продукции устанавливается на уровне максимального допустимого уровня».
Так как нормы разрабатывали коллективы, которым предстояло в будущем выполнять задания по их снижению, обычно наблюдалось завышение норм, тем более что установить предельное научно обоснованное значение для конкретного предприятия практически очень сложно. Это обусловливало успешность попыток субъективного толкования характеристики «максимально допустимого количества» в ущерб народнохозяйственным интересам.
Например, на Запорожском заводе спецжелезобетона на километр труб условного диаметра в 1981 г. расходовали 413 кг цемента. А в 1982 г. утвердили норму в 482 кг, т.е. почти на 17% выше фактического удельного расхода. Это произошло от своеобразного понимания максимально допустимого количества расхода в отрасли: использовали величину расхода цемента на других предприятиях.
НИИ планирования и нормативов (НИИПиН) Госплана СССР в 1982 г. выполнил проверку норм расхода металла на изготовление более 50 видов машиностроительной продукции, выпускаемой на 35 заводах. Почти повсеместно в нормах допускался повышенный расход металла по сравнению с удельным.
Норма расхода металла на автомобиль ГАЗ-53А — 2788 кг, а фактический удельный расход в соответствии с подетальной ведомостью составил 2642 кг. На Херсонском комбайновом заводе им. Петровского норма расхода металла на комбайн КСКУ-6 оказалась завышенной на 537 кг. На изготовление насоса ТХИ 160/29-И-Ид на Щелковском заводе подетальная норма расхода металла составляла 1088,7 кг, а в заявках министерства химического машиностроения стояла цифра потребности 1338,7 кг. Расход оказался завышенным на 23,6%.
Трудность однозначного исчисления максимально допустимой величины материальных ресурсов (MP) во многом способствовала нерачительному использованию ресурсов. Ведь максимально допустимое количество расходования ресурсов так или иначе устанавливается от достигнутого уровня, от сложившихся фактических затрат ресурсов. Такая норма, не говоря о сложности ее исчисления, не могла служить стимулом для повышения эффективности использования ресурсов.
Затем НИИПиН предложил в качестве нормы принимать научно обоснованную плановую меру общественно необходимых затрат живого или овеществленного труда. В этом определении количественно неоднозначно выглядело определение «научно обоснованная» мера, которую можно было также субъективно толковать. Избежать этого помогла бы увязка значения нормы с количественной оценкой действительной потребности предприятий в материальных ресурсах (обусловленной достигнутым уровнем производительности труда, передовой технологией и научно-техническим прогрессом), но применительно к конкретной отрасли в реальных условиях отечественного производства, с учетом устанавливаемых обществом ограничений (учитывающих дефицит тех или иных ресурсов, предпочтительность обеспечения MP той или иной отрасли и т.д.).
Предприятие (как самостоятельная единица социалистической экономики), заявляющее обществу свои потребности, могло указывать их величину, отличающуюся от действительной в ту или другую сторону. Как видно из рассмотренного выше примера, может завышаться потребность в сырье и материалах по сравнению даже с той, которая соответствует имеющимся нормам их расходования. В условиях фондирования MP заявляться могла искусственно заниженная потребность по сравнению с действительной. Широкое распространение в СССР получило занижение потребности на недефицитные виды материальных ресурсов. Здесь очевидно, что при оценке коллективов работников упомянутых предприятий проявилось воздействие не учитываемого в СССР (из-за общего низкого уровня экономического мышления) непонятого экономистами закона экономики, названного мною — автором этого открытия — «законом поведения экономических систем». Согласно этому закону приоритет в реакциях экономических систем на внешние воздействия принадлежит их экономическим интересам.
Удовлетворение действительной потребности обеспечивало бы экстремальную жизнеспособность и отдельного предприятия, и экономики в целом, так как соответствовало бы идеальному потреблению тех ресурсов и именно в таком количестве, которое в точности отвечало бы нуждам конкретного производства на данном историческом этапе его развития (идеальное потребление MP предполагает использование передовой технологии производства, максимально быстрое внедрение нововведений, современную организацию управления и максимальную производительность труда). Конечно, все это возможно только в идеале. На самом деле ни политики СССР, ни ученые не удосужились разобраться с этими действительными потребностями.
Вместе с тем для социалистического общества было совсем не безразлично отличие искусственно сконструированных потребностей предприятий от действительных. Можно сказать, что выявление различных действительных потребностей предприятия составляло важнейшую народно-хозяйственную проблему, решение которой способствовало бы более планомерному развитию народного хозяйства, рациональному использованию трудовых, материальных и финансовых ресурсов. При этом за норму потребности предприятий в материальных ресурсах должна была приниматься по возможности близкая к действительной потребности величина, обусловленная достигнутым уровнем производительности труда, передовой технологией и научно-техническим прогрессом, требованиями потребителя и платежеспособным спросом. Тогда бы и бездействия закона стоимости удалось бы иметь расходы MP в СССР, сопоставимые с расходами в странах с рыночной экономикой.
Норма потребления каких-либо ресурсов была бы тогда тождественна понятию удовлетворения действительной производственной потребности, когда она устанавливала бы минимально необходимый уровень расходования ресурса, достигнутый в той или иной отрасли. Это понятие в полной мере соответствует понятию прогрессивной нормы, т.е. степени их качества, при которой максимально учтены новая техника, технология и организация производства, а сами нормы находятся на уровне общественно необходимых затрат ресурсов в данное время.
Таким образом, чтобы исключить двойственность количественной характеристики нормы, предопределить прогрессивный уровень плановой меры материальных затрат, необходимо было в определении нормы дать четкую ориентацию на достигнутый в стране и за рубежом минимально необходимый уровень потребления (расхода) ресурса на изготовление единицы продукции заданного качества. Поэтому определение нормы расхода материального ресурса, вытекающее из представленных выше теоретических предпосылок, надо было формировать так: норма — это плановая мера общественно необходимых затрат ресурса (или его выработка, производительность) на изготовление единицы продукции заданного качества, предусматривающая расход не выше достигнутого минимального уровня потребления. Нормы могли бы иметь градации: 1) соответствующая лучшим мировым достижениям; 2) соответствующая лучшим отечественным достижениям; 3) соответствующая лучшим отраслевым достижениям.
Выполнение таких норм по воздействию было бы равноценным воздействию закона стоимости. Официозные политэкономы игнорировали разработки прикладной экономики, а расплачивалась за это вся страна.
До «ведущих» экономистов не доходила мысль, что экономика социалистической страны вполне конкурентоспособна с экономикой капиталистической и во многом может превосходить ее. Надо было выявлять и изучать объективные экономические законы, в том числе упомянутый закон поведения экономических систем. Но стал также неиспользуемым еще один важный закон: необходимого соответствия по сложности органа управления экономикой со сложностью объекта управления — самой социалистической экономики. Смирновым К.А. была разработана модель усложненной системы управления экономикой СССР, удовлетворяющая условию необходимого разнообразия.
Давайте посмотрим, как проявлялся и как постоянно «мешал» советской экономике закон поведения экономических систем, согласно которому приоритет в реакциях экономических систем на внешние воздействия принадлежит собственным экономическим интересам.
Воздействие использовавшихся в СССР валовых показателей: объема реализации, товарооборота, от которых зависело материальное стимулирование (экономический интерес), изуродовало взаимоотношения в народном хозяйстве страны (см. примеры, приведенные выше). Всем предприятиям просто было выгодно увеличивать материалоемкость продукции, использовать дорогостоящее сырье, увеличивать производство дорогих товаров и сокращать выпуск дешевых. Отсюда и дефицит — болезнь советской экономики, и перерасход сырья и материалов. До сих пор в России мы не можем излечить экономику от перерасхода материалов на единицу выпускаемой продукции.
А как мешал закон необходимого соответствия по сложности органов регулирования экономикой и самой экономики? Провозглашенный как ОЭЗ — основной закон социализма о максимальном удовлетворении постоянно растущих потребностей советских людей — он превратился в ходячий анекдот о максимальном неудовлетворении потребностей. Потребности в СССР всерьез не изучались, не оценивалась степень удовлетворения потребностей, а все планирование шло в объемных стоимостных показателях.
Таким образом, можно сделать вывод: в СССР для сохранения социализма элементарно не хватало грамотности в управлении социалистической экономикой, а предложения думающих экономистов не принимались в расчет.



Лекция, реферат. Недостатки политэкономии СССР, обусловившие развал страны - понятие и виды. Классификация, сущность и особенности. 2021.

Оглавление книги открыть закрыть

Г.В. Плеханов - экономические взгляды
Экономические взгляды В. И. Ленина
Экономические взгляды Д. И. Менделеева
Обоснование «концепции материальных предпосылок социализма» П.Б. Струве
Доктрина планового хозяйства А.А. Богданова
С.Н. Булгаков о христианском экономическом мировоззрении
Дискуссии 20-х гг. о необходимости и основах планового управления экономикой. Теория и практика НЭПа
Н. И. Бухарин и его вклад в развитие отечественной экономической мысли
А. В. Чаянов. Основные идеи о формах организации крестьянского хозяйства
Н. Д. Кондратьев. Теория экономической динамики и больших волн хозяйственной конъюнктуры
В. В. Новожилов. Измерение затрат труда, капиталовложений, средств труда и результатов при оптимальном планировании
В. В. Новожилов. Измерение затрат и результатов при оптимальном планировании
В. В. Леонтьев - разработчик идеи моделирования экономических процессов (модель «затраты-выпуск»)
Краткая биография В. В. Леонтьева
С. Г. Струмилин. Научное обоснование необходимости и возможности экономики планомерного развития
B. C. Немчинов — создатель направления экономико-математических исследований
Л. В. Канторович. Разработка эффективного использования ресурсов, решение задач оптимизации
Н. П. Федоренко. Разработка системы оптимального функционирования экономики
Л. И. Абалкин и круг решаемых им проблем экономической науки
Д. С. Львов. Идеи нравственной экономической науки
Недостатки политэкономии СССР, обусловившие развал страны
Б. М. Молчанов и его роль в зарождении маркетинга в России
К. А. Смирнов. Приоритетные разработки, составившие этап развития истории экономической мысли России
Личные потребности и их возвышение по мере развития социализма
Условие обязательности удовлетворения действительных потребностей в социалистической экономике
Количественная оценка уровня удовлетворения потребностей
Измерение степени удовлетворения развивающихся потребностей трудящихся
Проблема дефицита товаров в СССР




« назад Оглавление вперед »
Д. С. Львов. Идеи нравственной экономической науки « | » Б. М. Молчанов и его роль в зарождении маркетинга в России






 

Похожие работы:

Воспользоваться поиском

 

Учебники по данной дисциплине

Макроэкономика
Экономическая теория
Экономический словарь
Транспортная задача и транспортная модель
Собственность. История развития и ключевые вопросы.
История экономических учений. Краткий курс.
История экономических учений. Курс лекций.
Экономическая теория. Учебник.
Мировая экономика. Курс лекций.
Основы микроэкономки
Валютные операции и валютное регулирование
История экономических учений. Учебник.
Экономика
Макроэкономика
Билеты по экономической теории
Учебники, лекции, шпаргалки по экономике
Основы экономической теории - базовый курс
Экономический рост: значение, различия, методы исследования
АФХД лекции
АФХД лекции 2
Исследование экономических процессов
Основы экономики
Экономика отраслевых рынков
Экономика общественного сектора
Микроэкономика. Курс лекций
Экономическая политика государства
Экономика учебник онлайн
Основы экономики. учебник
Экономическая теория. Учебник 2017
Собственность в экономике
Совершенная конкуренция
Макроэкономика учебник